Женская доля, которую мы потеряли

Когда мы сегодня сокрушаемся о том, что мол женщина сегодня – «и лошадь, и бык» (с), все время в пример приводится какое-то заповетное «раньше», когда главная обязанность женщины была красиво сидеть в гостиной.

Я в принципе понимаю, когда слышу такую позицию от женщин, чья фамилия и происхождение в самом деле предполагают, что их судьба – гостиная.

Они смотрят непристально, они ни во что не вглядываются, словно все вещи цветущего окрест мира не имеют для них большого значения. Мир цветет и колышется, течет и искрится, переменчивый и зыбкий, как морская вода. Вода же пляшет и бежит во все стороны, оставаясь на том же месте, ее не поймаешь взглядом; а если будешь долго смотреть – и сама станешь водою: светлой поверху, темной в глубинах. Они смотрят на воду, они сидят у воды, они сами – вода, эти женщины начала века, ундины, наяды, глубокие омуты, двуногие воронки, венерины мухоловки. Сырые и пышные, в платьях, подобных пене в полете, высоко подколов волнистые волосы цвета ночи, или цвета песков, или цвета старого золота, укрыв лица кисеей, чтобы загар не пристал к сливочной коже, они сидят на морском берегу, на всех морских берегах нескончаемой, прерывистой белой полосой, словно рассыпали соль и размазали легкой рукой вдоль полосы прибоя. Они сидят, они лежат, бескостные, струящиеся, охотно слабые, – чудное розовое, непропеченное тесто с цукатами родинок; тронь пальцем – останется ямка. (Т.Толстая «Лилит»)

Татьяна Толстая, например, точно сидела бы если не в гостиной, но в библиотеке. Но удивляет меня, как активно поддакивают читательницы, слушательницы и прочие женщины, чья судьба сложилась бы совсем иначе. Им тоже хочется думать, что женщина всегда была «красивым цветком», и лишь странный ход истории привел к тому, что им самим теперь приходится напрягаться, думать, брать ответственность за свою жизнь. Вот бы вернуть обратно этот утраченный рай…

А вот, например, немного фактов из жизни Викторианской Англии – того самого периода, и той самой страны, когда и где концепция «женщины-цветка» была возведена в абсолют. Правда, как мы можем теперь видеть – не всякой женщины:

А в 1842 году законодатели вспомнили про женщин и детей, трудившихся в шахтах. Тщательно изучив положение шахтеров, лорд Эшли из палаты общин опубликовал доклад, ставший настоящей сенсацией. В Уэльсе и Шотландии в шахтах работали около 6 тыс. женщин и детей. Многие англичане и предположить не могли, что женщины впрягаются в груженные углем вагонетки и таскают их за собой по таким узким тоннелям, что в них не помещаются лошади. Но особенный ужас вызывала униформа. Шахтерки обнажались по пояс, надевали брюки, обвязывали цепь вокруг талии и, пропустив ее между ног, цепляли к вагонетке.
Бетти Харрис, 37-летняя шахтерка, поделилась с господами из парламента своей историей, столь же печальной, сколь типичной: «Я тяну вагонетки, работаю с 6 утра до 6 вечера. В полдень беру часовой перерыв на обед, ем хлеб с маслом, спиртного в рот не беру. У меня двое детей, но они еще слишком малы для работы. Когда я была в положении, то все равно работала. Знавала я одну женщину, которая ушла домой с работы, вымылась, легла в постель, родила ребеночка, а меньше чем через неделю вернулась в шахту… Я опоясываюсь, пропускаю цепь между ног и ползу на четвереньках. Дорога идет в гору, приходится держаться за веревку, а если ее нет, то уж за все, что под руку подвернется… Там, где я работаю, очень влажно, иногда вода затапливает тоннель, доходя мне до бедер… Моя одежда все время мокрая, но я в жизни никогда не лежала больная… Бывает, что я так устаю, что падаю спать как только вернусь домой вечером, еще не успев помыться. Иногда у меня кожа слезает из-за цепи, но хуже всего цепь мешает во время беременности. Мой муженек не раз бил меня, если я работала недостаточно сноровисто (семейные пары часто работали вместе, и мужья нагружали углем вагонетки, которые потом тащили их жены. — Примеч. авт.)… Шахтеры часто вольничают с женщинам, таскающими уголь, а те рожают от них ублюдков».
================================
Цитата из книги «Женщины Викторианской Англии: от идеала до порока»

Это какая-то повсеместная наивность? Или нежелание думать? Знаете, как с дурацкими тестами о том, кем вы были в прошлой жизни. Какие там результаты предлагают обычно? Вы были принцессой, или страстной цыганкой, или любовницей генерала, или предсказательницей. Никому не хочется быть прачкой или крестьянкой, которой приходилось по бедности самой впрягаться в плуг. А ведь если смотреть правде в глаза – то именно это и было судьбой наших пра-пра-прабабушек. И такая же судьба ждала бы нас с вами, если бы не происходили изменения в мире. Над шуткой «мои предки пороли ваших на конюшне» публика всегда активно смеется. Разве не осознают они, что это их место было бы там под розгой, а не в салоне, где делятся подобной шуткой?
Нет, на тех женщинах, за спинами которых и в самом деле богатая семейная история, я не вижу никакой вины. Да и прародительницам их раньше тоже жилось нелегко, несмотря на все сказки о «воздушных наядах и бестелесных ундинах». Вон воспоминания и мемуары показывают нам, что даже на самых верхних ветвях иерархии было тяжело, больно и сложно. Но внизу было намного-намного хуже. И это уж никак не вяжется с мифом про красивый и справедливый традиционный уклад. И уж тем более, никак не вяжется с рассказами о том, какой приятной и счастливой раньше для женщины были отношения с мужчинами и семейная жизнь.

Я примерно могу прикинуть, кем бы я была, случись мне родиться в моей же семье, но на четыре-пять поколений раньше. Например, поповой дочкой или поповской женой. (кстати, отдельный интересный вопрос: а как на самом деле обустраивали личную жизнь дочери священников?). Или вот крепостной была бы – офигеть перспектива на замужество. Если барин разрешит да родители. А даже если и разрешат – то сама иерархия семейных отношений такова, что никакого мифического личного счастья и в помине нет. Да и вообще не мыслили люди тогда подобными категориями.

Мой постылый муж
Подымается:
За шелкову плеть
Принимается.
Свекровь-матушке
Поклонилася:
Свекровь-матушка.
Отними меня
От лиха мужа,
Змея лютого!
Свекровь-матушка
Велит больше бить,
Велит кровь пролить…

Некрасов. Кому на Руси жить хорошо

Ведь большинство из нас — они все же из тех, что «на панщине пшеницу жала». Но никому не хочется думать о плохом. Все хотят представлять себя принцессами и королевами. Балы, красавицы, лакеи, юнкера и хруст францусской булки. Ах, какую красоту отношения к женщине мы потеряли. И кивают дружно женщины под сладкий лепет очередного лектора «…а вот раньше женщина не думала о том, за какие деньги ей кормить семью». Кивают, вздыхают, и дальше идут: тушить горящие избы, останавливать коней, и между делом успевая заскочить на маникюр и депиляцию. Потому что женщина – как мы знаем – должна быть красивым и нежным цветком. А остальное все приложится.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *